– Подпункты? – переспросила она. – Расскажите мне быстренько их суть.

Мейсон сказал:

– Если вы, например, идете по улице, где много народу и фотограф снимает вас вместе с другими людьми, он имеет право поместить такую фотографию в журнале. Но если фотограф снимет вас более крупным планом, он уже частично нарушает закон, а если он вздумает использовать этот же снимок в коммерческих целях, то это уже грубое нарушение закона… С другой стороны, если вы стали, к примеру, жертвой грабежа или чего-нибудь в этом роде и эта информация попала в газеты…

– Это понятно, – перебила она его, взглянув на свои часики. – Вы правы. Видимо, я не с того начала, но, насколько я поняла, человек, который не хочет огласки, все-таки имеет право на неприкосновенность личной жизни?

– За известными исключениями – да.

– А что вы скажете о человеке, который участвует в конкурсе красоты?

– Выставляет свою кандидатуру? – спросил Мейсон.

– Да.

– То же самое относится и к этому человеку.

– И как долго может продолжаться это положение?

– Во всяком случае, такой человек неизбежно получает известность в ходе конкурса… Как вас, кстати, величать: мисс Эйдер или миссис?

– Мисс! – сказала женщина резко. – Мисс Эллен Эйдер.

– Отлично. Поймите, мисс Эйдер, это относительно новая отрасль юриспруденции. Тут трудно давать общее толкование. К каждому случаю нужно подходить по-своему.

– А теперь предположим, – начала Эллен Эйдер, – что вы вовлечены в какое-либо дело, но хотите сохранить свое участие в тайне, – как следует поступить?

– Если вы сообщите мне конкретные факты, я могу, используя знание законов, дать вам подробный и вразумительный ответ. Если же попытаетесь сделать наоборот, то есть попросить меня сформулировать тот или иной пункт закона, а потом приложите его к фактам, вы можете жестоко ошибиться. Мало знать законы – нужно уметь применять их.

Она на мгновение задумалась, закусила губу, нахмурилась, а потом, словно приняв внезапное решение, повернулась к Мейсону: